Abstract
Статья посвящена уникальной находке, обнаруженной при археологических раскопках одного из участков «вала Байлама». Это фортификационное сооружение (стена-ров-вал), защищавшее пастбищные угодья и поселение Каракабак (п-ов Мангышлак). На плите из известняка, которая была в древности частью стены, были нанесены тамгообразные знаки и выбито изображение всадника. По формальным признакам все знаки условно разделены на пять групп: «знак в виде креста»; «знаки в виде круга с отростками (усами)»; «знаки типа “фаррех-афзун”»; «знак “алханов”»; «печатные “знаки-буквы”». Анализ материала с опорой на корпус данных по сопредельным территориям позволил предположить, что основная часть тамг связана не с сарматским миром, а с иранским населением эпохи Сасанидов. Так, идеограф в виде круга с отростками (усами) можно трактовать как знак инсигнии власти («кольцо-венец» с двумя лентами). Доказательством служат множественные изображения на сасанидских инвеститурных барельефах на печатях и геммах. Знаки в виде «трезубца» или «подсвечника» также находят многочисленные параллели в сасанидских материалах. Этот универсальный и понятный ираноязычному населению знак – символ хварны (фарна) сначала появился в глиптике, на геммах, печатях. С течением времени он видоизменялся, и его различные вариации стали использоваться в повседневной жизни широкими слоями кочевого населения уже как тамги. Учитывая особенности начертания большей части байламинских знаков и их связи с сасанидскими символами, в статье высказывается предположение, что фигуративная выбивка человека на лошади находится в одном семантическом поле с тамгами. «Знаки» Ахура-Мазды и «фаррех-афзун» как символов хварны вкупе с всадником могли вполне представлять собой упрощенный вариант эпического сюжета.