Abstract
Аннотация. Духовное «воскресение» Масловой в «Воскресении» – это сложный процесс пассивного искупления и самопробуждения. Поначалу акт покаяния и искупления Нехлюдовой стал внешней движущей силой перелома ее судьбы, заставив заново ощутить теплоту человеческой натуры после глубоких страданий и оцепенения; В противостоянии с социальной несправедливостью и размышлении о собственном опыте Маслова постепенно освободилась от оков унижения и растерянности, завершила пробуждение сознания от опоры на окружающих к верности в себя. Этот процесс не только показывает искупительную ценность внешней доброй воли к тем, чья душа пала, но и подчеркивает внутреннюю силу индивидуума придерживаться своей совести и преображать свою духовную личность посреди страданий и глубоко перекликается с философскими размышлениями Толстого об искуплении и нравственном переустройстве человеческой природы The spiritual "resurrection" of Maslova in Resurrection is a complex process intertwined with passive redemption and self-awakening. Initially, Nekhlyudov’s acts of repentance and redemption served as the external driving force for the turning point in her fate, allowing her–who was trapped in profound suffering and numbness–to rediscover the warmth of human nature. In confronting social injustice and reflecting on her own experiences, Maslova gradually broke free from the shackles of humiliation and confusion, achieving a consciousness awakening from relying on others to upholding her true self. This process not only demonstrates the redemptive value of external kindness to those whose souls have fallen but also highlights the inner strength of individuals to uphold their conscience and reshape their spiritual personality amid hardships, deeply echoing Tolstoy’s philosophical reflections on human redemption and moral reconstruction