An Alleged “Genocide of Russian-Speaking Persons” in Eastern Ukraine: Some Observations on the “Hybrid” Application of International Criminal Law by the Investigative Committee of the Russian Federation

Sergey Sayapin

2018

Закрытый доступ Метаданные (CSL-JSON)
DOI 10.1007/978-94-6265-222-4_15
Достоверность данных 70 средняя
Как считается эта оценка

Складывается из проверяемых признаков самой записи: есть ли у статьи DOI, сколько независимых источников подтвердили её данные, заполнены ли обязательные поля и насколько свежо последнее подтверждение. Снижают оценку расхождения между источниками и отсутствие идентификатора. Значение от 80 означает, что запись опубликована без дополнительной проверки; от 60 до 79 — что она опубликована с пониженной достоверностью и ручная проверка желательна. Запись, выверенную редактором вручную, пересчёт не опускает ниже 90. Это оценка наших данных о статье, а не оценка самой статьи.

Аннотация

In 2014, the Investigative Committee of the Russian Federation instituted a criminal prosecution of a number of Ukrainian nationals of charges of genocide of “a national group of Russian-speaking persons” in eastern Ukraine. It appears that here, in addition to instituting prosecutions in the absence of jurisdiction with respect to such alleged acts committed on the territory of Ukraine, Russia also abused the notion of genocide in that it included within the range of groups protected by the Convention on the Prevention and Punishment of the Crime of Genocide, and by its own Criminal Code, a group that is not covered by the definition of genocide. It is submitted that both factors void the entire prosecution exercise, and make it a manifestation of “hybrid law enforcement”.